бортництво
Цікаво

Колода як рятувальник сучасного бджільництва

(мовою оригіналу)

Мегре и его книги

Как-то ко мне заехал старый знакомый. Медку прикупить и поведать новость – находится он в поиске загородного участка для организации родового поместья. Оказалось, что в последние годы находится он под сильным впечатлением от прочитанных книг Мегре «Звенящие кедры России». 

Для тех, кто не в курсе, расскажу, что автор Владимир Пузаков (после развода оставил себе фамилию жены – Мегре) родился в Черниговской области в 1950 году. С 1974 года живет в Сибири. Профессиональный фотограф, затем бизнесмен, а в конце 80-х возглавил Ассоциацию Предпринимателей Сибири в Новосибирске.

Весной 1994 года Мегре совершил коммерческую экспедицию по реке Обь. Корабли каравана оказались в маленькой деревушке, на десятки километров удаленной от больших населенных пунктов. С этого момента началась похожая на сказку история, которую автор излагает на страницах своих книг. 

В той деревне он встречает лесную красавицу Анастасию. История об Анастасии и диалоги с ней составляют большую часть пяти книг Мегре (ожидается, что их будет девять). Анастасия в книгах Мегре – сибирская отшельница, красивая молодая женщина, очень сильная физически, обладающая невероятными способностями. Она, подобно Маугли, круглый год обходится без жилища и одежды, не признает никаких достижений цивилизации, питается исключительно лесной пищей, которую ей зачастую приносят животные.

В 1995 году женщине было 26 лет, хотя выглядела она значительно моложе. Анастасия дала Мегре способность писать книги и поручила ему таким образом рассказать о встречах с ней, ее учениях  всем людям. 

Книги о ней пропитаны чудесами и волшебством. Анастасия якобы обладает неким  всемогущим «Лучом», при помощи которого может творить, исцелять, видеть настоящее и будущее, изменять судьбу, перемещаться в пространстве, посещать другие цивилизации и влиять на них. Она знает не только все языки, но и устройство любой современной техники, вплоть до летающей тарелки, хотя прожила в тайге всю жизнь. Инопланетяне уже приземлялись у нее на поляне, и Анастасия вместе с Мегре побывала у них в гостях на другой планете.

Мегре подробно описывает быт инопланетян и заводы по производству летающих тарелок и пищи. На службе у лесной красавицы находится светящийся голубой шар – сгусток энергии, обладающий интеллектом, который приходит на помощь по ее первому зову.

Анастасия рассказала Мегре, что лучшим выходом для человечества станет поселиться на своей земле площадью в один гектар и устроить собственный рай («Пространство любви»), тем самым сделать себя и последующие поколения счастливыми. Как это сделать, какими принципами руководствоваться, какими вещами и растениями себя окружать, уделено много внимания. 

Несмотря на сказочность и нереальность образа, книги получили очень большую популярность. Они переведены на 20 языков мира, а их общий тираж составил 11 миллионов экземпляров! 

Анастасия о пчеловодстве

Надо отметить, что Анастасия – большая любительница животных. На службе у нее есть даже прирученный медведь, который помогает нянчить ее ребенка. Не обошла она вниманием и пчел. В самой первой книге цикла читаем: 

«На каждом участке необходимо иметь одну пчелиную семью». 

Я сказал ей, что у нас лишь немногие могут общаться с пчелами. Для этого люди учатся в специальных учебных заведениях, но и у них не всегда получается. Это будет очень дорого стоить, так как требуется масса всевозможного инвентаря, а он предназначен для обслуживания массы ульев, и нерационально приобретать его для одного. Но она ответила: 

– Абсолютно все, что делаете вы для жизнеобеспечения пчелиной семьи, только мешает. Только два человека на Земле за последние тысячу лет смогли немножко приблизиться к пониманию уникального живого механизма. 

– Кто они? 

– Это два монаха, и они причислены к ликам святых. Ты можешь прочитать о них в ваших книгах, которые находятся в монастырских хранилищах. <…>

– Ну хорошо, так как же нужно содержать пчел на участках? 

– Для них просто необходимо сделать гнездо, какое они находят в естественных условиях, и все. Дальнейшая работа может заключаться только в том, чтобы забрать у них часть меда, воска и других веществ, ими произведенных. 

– Ну, Анастасия, это совсем непросто. Кто же знает, каким должно быть это естественное гнездо? Вот если бы ты рассказала, как его сделать самому из тех материалов, которыми мы располагаем, тогда это было бы осуществимо. <…>

– Необходимо сделать колоду. Можно взять бревно с дуплом и раздолбить, расширить его или сделать его из досок лиственных пород. Толщина досок не менее 6 сантиметров, внутренний объем не менее 40 на 40 см длина не менее 1 метра 20 см. К уголкам внутренних стыков приделать треугольные реечки, чтобы углы были как бы закругленные. Их (реечки) можно слегка приклеить, пчелы сами укрепят их впоследствии. Одну торцевую сторону можно закрывать наглухо такой же по толщине доской, вторую сделать открывающейся. Для этого подогнать доску таким образом, чтобы можно было ее приставить, уплотнив травой или тряпочкой. При этом тряпочкой закрыть все дно. По всей длине одного из стыков досок сделать щели высотой примерно 1,5 см. Щели, или единая щель, не должна доходить до открывающейся торцевой стороны на 30 см.

Такую колоду можно установить где-нибудь на участке на кольях, от земли на высоте 20-25 см, щелями или летками, как они у вас называются, на юг, но лучше ее пристроить под крышей дома. Тогда ни человек пчелам не будет мешать вылетать, ни они ему. Колода должна быть пристроена горизонтально под углом наклона примерно градусов 20-30. Открывающаяся торцевая сторона должна быть внизу.

Колоду можно установить и на чердаке, но тогда должна быть хорошая вентиляция, а это окно или дырка, через которую пчелы могли бы вылетать. Лучше всего прикрепить ее на южной стороне под самой крышей дома, или на самой крыше. Только нужно предусмотреть возможность подхода к колоде для изъятия части сот, наполненных медом. Над колодой должен быть навесик от солнца. Стоять она должна на площадке. На зиму ее нужно утеплить. <…>

– Суть в том, что действия ваших пчеловодов не совсем правильны. Мне дедушка рассказывал, что они его расстраивают, а поделать он ничего не может, так как слишком много темных сил задействовано… Так вот, ваши пчеловоды наизобретали много разных конструкций ульев, и все они предусматривают постоянное вмешательство человека в пчелиное гнездо: рамки с сотами переставляют, на зиму перетаскивают ульи с пчелами в другое место, а делать этого нельзя.

Пчелы строят соты на строго определенном расстоянии друг от друга, предусматривают сами целую систему вентиляции, борьбы со своими врагами, и любое вмешательство нарушает эту систему. Вместо того, чтобы мед собирать, новых пчелок выращивать, им приходится исправлять нарушенное.

В естественных условиях пчелки живут в дуплах деревьев и прекрасно со всеми проблемами справляются. Я рассказала тебе, как их содержать наиболее приближенно к естественным условиям. Польза от их присутствия очень большая. Именно они наиболее эффективно опыляют все растения и повышают урожайность, но это вам должно быть хорошо известно. Неизвестным для вас может быть то, что пчелки плюс ко всему открывают своими хоботками те каналы в растениях, через которые и входит в них отраженная планетами дополнительная информация, нужная человеку сегодня, помогающая ему. 

– Но ведь они же жалить будут людей. Какой же это отдых на даче получится, если человек будет находиться в постоянном страхе? – спросил я у Анастасии. Она ответила: 

– Пчелы жалят, когда человек сам агрессивно относится к ним, отмахивается, пугается, очень агрессивно внутренне настроен, и необязательно к пчелам, а просто к кому-то. Они это чувствуют, вернее не приемлют излучения любых темных чувств. Еще они могут жалить те участки тела, в которых есть окончания, ведущие к заболеванию какого-нибудь внутреннего органа человека.

Вам известно, как эффективно лечат пчелы заболевание, которое вы называете радикулит, но это далеко не единственное, что они могут. Если говорить обо всем, да еще и доказывать, как ты этого хочешь, тебе пришлось бы пробыть у меня не три дня, а многие недели. У вас много рассказано о пчелах, я лишь внесла некоторые коррективы в содержание их, и поверь мне, пожалуйста, они существенные. Заселить семью в такой улей очень просто. Необходимо высыпать туда пчелиный рой, а перед этим положить кусочек воска. Никаких самодельных рамок и сот ставить не нужно. Впоследствии, когда семьи будут жить хотя бы на нескольких соседних участках, пчелы сами размножаются, роясь, будут занимать свободные колоды. 

– А как мед у них забирать? 

– Открыть нижнюю крышку, надломить висящие соты и изъять запечатанный мед и пыльцу. Только жадничать не надо, необходимо, чтобы часть осталась пчелам на зиму».

Извините, конечно, за такой длинный отрывок, но действительно очень любопытно. 

Вперед к… колоде

Конечно, не появление «анастасиевцев» стало причиной возросшей популярности колод и бортей. В последнее время и без них хватает сторонников дедовских способов пчеловождения. Чем же руководствуются люди, выбирая столь анахроничный метод? 

Надо отметить, что единой «идеологии» среди них нет. Публика очень разношерстная. От «ортодоксальных анастасиевцев», которые стремятся как можно ближе следовать наставлениям своей учительницы, сильно не задумываясь, почему так, а не иначе, до людей, которые искренне считают и готовы аргументированно доказывать, что возврат к колодному и бортевому пчеловодству спасает пчел, а следом – и человечество.

Встречаются хозяева, которые держат одну-две колоду скорее для полноты образа крепкого сельского хозяина, а урожаю в несколько баночек меда рады несказанно, почитая его не меньше, чем дар богов. В то же время есть деятели, которые мед, полученный из их колод, награждают таким ворохом эпитетов, что становится непонятным, а что же тогда добывают пчеловоды из традиционных рамочных ульев? Не иначе как отраву какую-то… 

Так в чем же «осознанные» сторонники бортевого и колодного пчеловодства видят преимущества своих ульев и в каких грехах обвиняют «традиционщиков», держащих пчел в рамочных ульях?

Они считают, что все беды современного пчеловодства именно от неестественного для биологии пчел содержания в современных ульях. Слишком уж много насилия над естеством пчелы.

Например, стандарты таких ульев имеют мало сходного с дуплом, где они жили и эволюционировали миллионы лет (миллион – это любимая цифра колодочников, они почему-то упрямо не хотят признавать срок в 100 тысяч лет, отведенной им для этого наукой, хотя, конечно, для сути вопроса это неважно, разве что для красного словца – звучит более впечатляюще).

В рамочном улье пчеловод слишком много берется решать за пчелу – как относительно летка разместить гнездо, какую устроить вентиляцию, где и в какой тесноте расположить улья на пасеке. Он ломает ее инстинкты через колено, подставляя, как ему вздумается, корпуса, переставляя рамки, вырезая трутневый расплод, то и дело грубо вмешиваясь в тонкие и слаженные процессы, протекающие в пчелиной семье. Он борется с роением, забывая, что процесс этот естественен и необходим пчеле для самоизлечения. Его жадность заставляет через меру и в неурочное время забирать мед, скармливая после пчелам сахарный сироп. 

А все это неминуемо ведет к проблемам с иммунитетом насекомых, массовым болезням. Один клещ варроа чего стоит! Нашествие этого паразита чаще тоже расценивают, как кару или, если хотите, месть природы за неразумные действия человека. Чтобы противостоять болезням, пасечник вынужден лечить пчел, применяя антибиотики, другую химию, которая не только не меняет ситуацию в корне, а наоборот,  лишь усугубляет положение – для достижения результата требует новых лекарств, увеличение доз, и конца этому не видно. Мало того, продукты распада лечебных препаратов попадают в продукты пчеловодства напрямую или через воск, из которого изготавливается вощина. 

Вощина, по мнению колодочников, – один из первых источников заразы для пчел. Она не только заражает их питомцев различными заболеваниями, включая гнильцы, но еще и портит некогда целебный продукт – мед, в который именно из вощины переходят остатки распада различных лекарств и прочей химии. Поэтому они не используют вощину. Этим не только достигается дополнительная чистота продукта, но и экономятся время и средства. Ведь отпадает надобность в таких действиях, как покупка (изготовление) рамок, их хранение, дезинфекция, ремонт, натягивание проволоки, наващивание, переработка воскосырья. 

Пчелиная семья в колоде всегда чувствует себя лучше, чем в рамочном улье. Ведь каждая семейка индивидуальна, а там ее загоняют в строгий стандарт. Сам пчеловод определяет, где и какой устроить ей леток, какой объем жизненного пространства определить, какую вентиляцию устроить и так далее. Откуда у пасечника столько самонадеянности, будто он лучше пчелы знает, что и как ей необходимо?! 

А частые осмотры, ведущие к охлаждению гнезда и нарушению слаженной работы обитателей улья?! Грубое вмешательство в жизнь семьи путем перестановки рамок, искусственный вывод и замена по своему разумению маток, частое вырезание трутневого расплода, постоянные «газовые атаки» при помощи дымаря… Разве это не стресс для пчел? Разве идет он им на пользу?!

Уже давно современный пчеловод взял за моду обращаться с пчелами не как с живыми существами, а как с механизмами, нещадно эксплуатируя и выжимая из них все, что только можно. Обычная практика: во время взятка пасечник ставит разделительную решетку, а после его окончания забирает из гнезда весь мед, а пчелам в больших количествах скармливает сахарный сироп. Вот такие «передовые технологии»!  

Колодник  же дает пчелам полную свободу – абсолютно никакого вмешательства в жизнь семьи. И лишь осенью (а многие и весной – так пчелам легче избавиться от последствий вмешательства человека) забирают только излишки, если таковые есть. 

 Традиционное пчеловодство предусматривает беспощадную борьбу с роением. Мало того, удержать семью от него, сохраняя при этом силу семьи, почитается высшим «пчелопилотажем». Да только забывается, что роение – природный процесс, а значит, борьба с ним приравнивается к борьбе с самой природой! При роевой свободе происходит процесс оздоровления пчелиных семей – в этом уверены колодочники. 

Еще одна их уверенность – пасечники,  разводящие пчел в рамочных ульях, обременены массой ненужной, по сути, информации. Быть всезнайкой, конечно, хорошо, но беда в том, что на приобретение этих знаний и навыков человек вынужден тратить большой отрезок своей жизни, по ходу ошибаться, обрекая пчел на гибель.

И главное – нежелание, неспособность, страх большинства любителей меда перед необходимостью проходить этот путь ставит крест на их мечте дополнить свое хозяйство еще и пчелами. Не говоря уже о дороговизне этого удовольствия – всем прекрасно известны цены на улья, медогонки, вощину, прочий реманент. И совсем другое дело – колода, борть, сапетка и т.д. Их стоимость – это фактически цена подручного материала плюс немного усердия, да и знаний и умений, особых не требует. Все это открывает свободный вход в пчеловодство любому человеку. 

Тот факт, что пчеловода вычеркивают из списка элитных профессий, особо по душе анастасиевцам, так как это делает вполне возможным в каждом «родовом поместье» держать хотя бы несколько колод, как и предписывает их учительница. Характерно, что острую критику со стороны «традиционщиков» приверженцы вести свое хозяйство по методам позапрошлого века списывают на бессильную злобу первых.

А как же – столько усилий ими приложено, столько книг написано и прочитано, столько статей, целая наука (профессора свои!), а оказывается, на самом деле все намного проще, даже примитивно, если жить в согласии с природой, конечно. Результат поскромнее, зато без особых усилий, к тому же на выходе элитный продукт. 

И этот мед, добытый именно в колоде, без лечения пчел (в том числе и от варроатоза), без использования вощины, без кормления сахаром, без соприкосновения с металом медогонки и т.п. является предметом особой гордости этих людей. Нет хуже обиды для колодочника, если вы скажете ему, что его мед по вкусовым качествам ничем не отличается от вашего рамочного!

Он вам приведет десятки похвал сведущих людей, настоящих медовых гурманов, и вывод будет очевиден – вы ничего не понимаете в пчелопродуктах. Ведь колодный мед элитен настолько, что его не едят, а вкушают! Да, что там вкушают, его и медом-то редко называют, все больше Нектаром Богов, или, в крайнем случае – Настоящим, Правильным и Диким Медом. 

Этот «Природный Бальзам» – продукт эксклюзивный, потому что его мало, к тому же собран он чаще для семейного употребления, и лишь редкие излишки иногда доходят до масс. Поэтому цена его обычно в 5-10 раз выше традиционного, «ширпотребного» меда. То есть 1 кг «колодного» меда приравнивается к 5-10 кг «рамочного». Вывод – зачем обзаводиться пасекой в 10 семей, если можно ограничиться несколькими колодами? 

Сегодня среди пчеловодов торжествует мнение – без помощи человека пчелам не выжить, они обречены на гибель, главным образом от болезней и, прежде всего, клеща. Однако колодочники не согласны с этим. Они уверены, что все болезни – от противоестественного содержания пчел. Отсюда угнетенный иммунитет, отсутствие условий для борьбы с хворями.

Они предлагают вспомнить, когда болезни и все та же напасть в виде варроа начали всерьез досаждать нашим пасекам? Правильно, когда на них окончательно утвердился рамочный улей, когда пчеловод, позабыв, что имеет дело с живыми существами, увлекся технологиями, методами, искусственным выводом и экспортом маток, когда стал выжимать из насекомых все соки интенсификацией производства, кочевками.

Многие сторонники дедовских методов пчеловождения уверены, что причина массовой гибели пчел, которую мы наблюдаем в мире сегодня, в том, что природа сама взялась за уничтожение нежизнеспособных, вкрай испорченных человеком особей. Человек же пребывает в плену замкнутого круга, борясь не с причиной, а с последствиями. Не дошли ли мы до крайней черты? Не пора ли одуматься, остановиться и перестать делать ставку на медикаменты? Ведь стоит дать пчелам свободу, перестать чрезмерно опекать, поселить их в условия, максимально приближенные к природным, все болезни уйдут сами собой. Пока естественный отбор пасечники будут заменять химиотерапией, будущего у пчеловодства нет.

Да, часть семей, особенно подпорченных цивилизацией, уйдет, не без этого, зато оставшиеся не только выживут, но и дадут здоровое потомство, и каждое последующее поколение будет все более и более жизнеспособным. Мед, добытый в таких условиях, вернет себе былую славу и станет настоящим лекарством. 

Сегодня колодочники жалуются, что их идеи не слышат, не воспринимают всерьез, последователей (особенно из среды опытных пчеловодов) мало. Винят в этом косность и высокомерность «традиционщиков», но в авангарде их дискредитации находятся все же промышленники, выпускающие продукцию для пчеловодов, а главное – производители ветпрепаратов, имеющие сверхприбыли на своей продукции, которых устраивает и даже радует, что ситуация для пчеловодов год от года ухудшается. Но, несмотря на это, они уверены – будущее за колодами. Или как минимум, в ближайшее время они получат самое широкое применение. Потому что нет другого пути для сохранения пчелы, как переселить насекомых в природные жилища. Кроме того, все идет к тому, что эксклюзивный, чистый мед из колод с каждым годом будет пользоваться все большим спросом и производить его станет выгоднее. 

Спасатели пчел или халявщики?

Современные колодочники мне представляются людьми, пребывающими в плену сладостного слова «халява». И колода в их представлении это, прежде всего… бочка. В нее поселяется рой и со временем, пока хозяин лежит на печи, она до краев наполняется медом. Благодать! Одно огорчает – краник пока не удается приспособить. Поэтому, как бы ни хотелось, но приходится раз в год слезать с тепленького местечка для отбора меда.

Раньше это делали проще – закуривали пчел. В нынешнее гуманитарно-просвященное время так поступать как-то негоже, поэтому приходится изощряться. Как, например, в случае с колодами анастасиевцев: снизу подкуривать пчел (во избежание массовой их давки) и срезать соты с медом. Правда, я так и не смог себе до конца уяснить, как, не видя гнезда, можно определить медовые запасы и излишки для изъятия. Кроме того, нижние части сота, понятное дело, окажутся заполненными недавно собранным медом и нектаром. Большая часть будет даже не запечатана. Как в таком случае вообще можно говорить о качестве продукции? 

Колодочники утверждают, что их пчелы не болеют. Очень смелое утверждение. Скорее всего, они настолько уверены в истинности и безгрешности своей красивой теории, что желаемое принимают за действительное. Да и как они могут определить, здоровы их питомцы, или нет? Колоды то неразборные, заглянуть внутрь и ужаснуться увиденным черным и опоношеным сотам или, например, запредельной заклещенностью, нет никакой возможности, вот и вырисовывается радужная картинка. Пчелы гибнут, конечно, но об этом хозяева предпочитают не распространяться, списывая на случайность или даже норму. А то и приписать к предмету гордости, могут, ведь они, в отличие от корыстных колег, у которых только медовые «удои» в голове, призвав в союзники естественный отбор, заняты улучшением породы и даже, ни много ни мало, спасают пчел как вид!

В этой «благородной» мисии их выручает только одно – наличие в окрестностях тех самых «неразумных» пчеловодов, содержащих пчел в рамочных ульях и лечащих своих подопечных. Ведь именно они исправно снабжают колодочников роями взамен загубленых в борьбе за светлое будущее семей. 

К сожалению, мы должны признать горькую истину – сегодня без медикаментозного лечения пчеловодам не обойтись. Виной тому варроатоз. Если случится невероятное и все пчеводы откажутся от борьбы с паразитом, это приведет к катастрофическим последствиям. Не спасут даже полуразборные ящики, пардон, колоды. Именно тогда существование пчел как вида точно окажется под большим вопросом, что, без сомнения, приведет к катастрофическим последствиям для селького хозяйства и существенно ухудшит качество жизни людей. 

От колодочников можно было бы отмахнуться, если бы не несколько «но». 

Начнем с того, что неразборные колоды – это часто источник заразы, серьезная потенциальная опасность для близлежащих пасек. Прежде всего, это касается гнильцовых заболеваний. Хозяин колоды может и не подозревать о том, что семья больна – пчелы худо-бедно летают, борются за выживание и ладно, что еще надо? При этом не только слетающие пчелы и трутни представляют угрозу здоровым семьям, а еще так называемые «голодные» рои – т.е. рои, слетающие из зараженного гнезда, используя последний шанс на спасение. Таким образом, плодятся очаги заражения… 

В этом плане показательны правила, существующие в Канаде. Там районый ветеринарный врач может без предупреждения нагрянуть на любую пасеку и на выбор проверить приглянувшиеся ульи на предмет наличия болезней. Если во время инспекции на пасеке обнаружены неразборные ульи – они подлежат уничтожению, так как потенциально представляют угрозу для благополучия пасек целого района. Такие действия мне представляются правильными и логичными. У нас же все наоборот – некоторые пчеловоды именно такие ульи считают оазисом здоровья и оплотом оздоровления целого пчелиного рода. 

Бывает, что владельцу колоды удается добыть немного меда. Обычно его совсем мало, хватает исключительно для личного употребления, но иногда остается и на продажу. Реализовывать его по средней цене неинтересно, все-таки «элитный продукт», если не по сути, то на словах точно можно выдать за таковой.

Поэтому в ход идут ветвистые эпитеты, приведенные выше в статье. Кроме того, выплескиваются все козыри: «без химии», «без применения искусственной вощины» (слово «искусственная» в данном случае должно потребителя напугать, но в то же время приставка «без» – вселить надежду)», «экологическая чистота», «зрелость», «без сахара» и прочее. Я встречал объявления о продаже такого меда в Интернете. Учитывая особенности нашего времени, повышенный интерес и спрос у населения к экологически чистым продуктам, такая реклама однозначно заинтересовывает покупателей, и те готовы переплачивать. Лишь бы это была правда… А вот с этим как раз и проблема…

Не будем останавливаться на этом, все это только слова – на деле же мед совестливого и умелого пасечника и в рамочном улье может быть отличнейшего качества, а Нектар Богов какого-нибудь колодочника (не боящегося того самого Бога) окажется на уровне сахарного сиропчика. Главное, что в данной ситуации колодный мед противопоставляется рамочному. Первый – настоящий, чистый, целебный, второй – чуть ли не отрава для человеческого организма. Фактически это и есть недобросовестная конкуренция, антиреклама. Подобные действия наносят огромный вред пчеловодству. 

Как-то пытался доказать одному колодочнику всю ущербность выбранного им пути. Аргументы следующие: отсутствие лечения (как минимум от варроатоза) неминуемо ведет к быстрой гибели пчел, к тому же такая семья представляет собой угрозу здоровью других пчелосемей. Роевая свобода ведет к тому, что нормальная, здоровая семья за сезон выпускает до 5 роев за сезон, в результате, если рои не ловить, толку с колоды – ноль.

Эти же действия подразумевают постоянное нахождение возле улья, т.е. дополнительные трудозатраты, а значит, противоречит идеологии «пчеловождения с ленцой». Утверждение, что в колодах пчелы практически не роятся, по причине большого объема гнезда и наличия природной среды обитания, говорит лишь об одном – семья больна. Иначе – безудержное роение. 

Колода – это ничто иное, как примитивный улей, по сути, обыкновенный полуразборный ящик или бочка, и говорить о том, что это каким-либо образом влияет на качество меда, смешно. Его вкусовые и другие качества, прежде всего, зависят от экологической чистоты местности, где он собран, наличия там ценных медоносов и добросовестности пасечника, но ни как ни от системы применяемого улья, формы летка и т.п. К тому же, кто мешает обыкновенный рамочный улей сколотить из толстенных досок, не использовать вощину, не применять медикаменты, не кормить сахаром, не беспокоить пчел частыми осмотрами?

Таких пчеловодов предостаточно, только они не додумываются называть свой мед уникальным, не возводят дефицит знаний, навыков и трудолюбия в разряд особого пчеловодного метода, не говорят о своей великой миссии. Единственное – такой мед уже не назовешь «колодным». Пропадает антураж. Развеется образ этакого  гринписовца, который всеми фибрами души переживает за пчел, их будущее и чистоту медопродукции. Не выдашь полученный мед за особенный и не продашь по завышенной цене. 

В мире все популярнее так называемый органический мед. Требования к качеству и культуре его производства значительно выше обычного, как и цена. Однако если решите официально получить этот статус для своей продукции, наличие в хозяйстве колод будет однозначным минусом, а скорее всего – обернется крестом на этом вашем желании. 

Не выдерживает критики и аргумент, что раньше, в бортях и колодах пчелы не болели. Это не так – гнилец, нозематоз и прочие болезни опустошали целые пасеки задолго до изобретения рамочного улья. А одним из аргументов перехода на рамочные улья в конце ХІХ – начале ХХ века была как раз возможность более эффективно лечить пчел. И если колоды были столь хороши, разве бы они исчезли практически без следа из практики пчеловодства? 

Я считаю, что на сегодняшний день борти, сапетки, колоды обладают исключительно декоративно-фольклорной ценностью. Они могут быть прекрасным украшением пасеки, но никак не завтрашним днем современного пчеловодства и тем более – его спасителем. 

Автор: Карасєв В.

Залишити відповідь

Ваша e-mail адреса не оприлюднюватиметься. Обов’язкові поля позначені *